Теория экономического развития-стр.56

Достаточно убедительно прозвучал бы утвердительный ответ на первый вопрос. Разумеется, немедленное исполнение обещанного и получение ценного для меня дара лучше, чем исполнение обещания в будущем 33. Однако речь здесь идет не о подобных вещах, а об оценке неизменных, регулярно поступающих элементов дохода. Постараемся представить себе следующий случай. Некое лицо пользуется пожизненной рентой. Его потребности на протяжении всей жизни оставались абсолютно неизменными по своему характеру и интенсивности. Рента довольно большая и имеет солидное обеспечение, достаточное для того, чтобы избавить пользователя от необходимости создания резервного фонда для особых случаев и в расчете на возможные убытки. Он чувствует себя застрахованным от неожиданно появляющихся обязательств, обусловливаемых другими, или необычными, желаниями. Никаких возможностей для доходного помещения накопленных сумм не существует, так как если бы мы исходили из наличия такой возможности, то тем самым мы допустили бы существование процента и оказались бы в опасной близости от порочного круга. Станет ли теперь этот человек в подобной ситуации ценить будущую норму своей ренты меньше, чем ту, что отстоит по времени не так далеко? Откажется ли он — при этом мы постоянно оставляем в стороне личные риски, связанные с возможностью умереть раньше, — скорее от будущей, чем от теперешней нормы? Разумеется, нет, поскольку если бы он так оценивал и действовал, т. е. если бы он отказался от будущей нормы за меньшую компенсацию, чем от не так далеко отстоящей по времени, то с течением времени он обнаружил бы, что уровень удовлетворения его потребностей оказался ниже того, которого он мог бы достичь. Его подход принес бы ему, следовательно, убыток, он оказался бы неэкономичным. Такой подход тем не менее может встретиться, как, впрочем, могут иметь место и другие отклонения от правил целесообразности, в том числе и допускаемые вполне сознательно. Но это не явля-етсй элементом самих указанных правил целесообразности, которые мы здесь исследуем34. Правда, большинство отклонений, с которыми мы встречаемся в практической жизни, не являются «нарушениями» и объясняются тем, что не были реализованы наши предпосылки. Но там, где мы обнаруживаем совершенно инстинктивные переоценки текущего потребления, особенно у ребенка и дикаря, — там в большинстве случаев могут возникать расхождения между экономическими задачами, которые необходимо решить, и экономическим кругозором субъекта; ребенок и дикарь, например, знакомы только с мгновенным производством и отражающейся в нем и развившейся на его основе заботой о настоящем. Будущие потребности не кажутся им менее значительными, они их попросту не видят. Поэтому они окажутся непригодными для принятия решений, требующих учета последних. Это естественно, но такие решения им в обычном случае и не приходится принимать. Тот, кто чувствует двойной ритм потребностей и средств их удовлетворения, тот, вероятно, может в конкретном случае не обратить внимание на следующий отсюда вывод о том, что односторонний перенос обоих только вредит, но не отклонять его в принципе.