Теория экономического развития-стр.34

Отныне предметом наслаждения в форме покупательной силы предпосылается специфическая характеристика, которая и превращает их в цель всего процесса. Но остальные продукты, т. е. «произведенные средства производства», не являются самостоятельным объектом. Во-первых, они представляют собой не новые средства производства, а лишь «предоставленные» услуги труда и земли. Во-вторых, они не обладают никаким другим отличительным признаком помимо того, который присущ предмету потребления, ведь они являются предметами наслаждения, находящимися в процессе возникновения. Итак, они представляют собой, с одной стороны, воплощение этих двух первичных производственных благ, а с другой — потенциальные предметы наслаждения или, вернее говоря, части потенциальных предметов наслаждения. В силу этого у нас нет оснований — несколько позже станет ясно, что подобных оснований вообще нет, — видеть в ным образом и предметы потребления, а первичные ем их на труд и землю». Мы можем разложить аналогичным образом и предметы потребления, а первичные факторы производства воспринимать как частичный предмет наслаждения. То и другое вместе относится только к произведенным средствам производства, поскольку нельзя найти никакого самостоятельного аспекта их рассмотрения.

Вполне закономерен в связи с этим вопрос о том, как соотносятся между собой оба первоначальных фактора производства. Следует ли одному из них отдать предпочтение или же их роли существенно различны? На данный вопрос можно ответить, руководствуясь только экономической точкой зрения, а не философской, естественнонаучной или какой-либо иной общей точкой зрения. Мы же принимаем во внимание, каково их соотношение с точки зрения экономических целей. Но и тот ответ, который должен относиться к сфере экономической теории, может иметь значение для нее не воообще, а только с точки зрения определенного способа понимания экономического процесса. Его допустимо относить к определенному, конкретному проекту, или плану возводимого здания теории. Так, на пример, физиократы давали утвердительный ответ на первый вопрос, причем предпочтение отдавалось земле. Сами по себе они совершенно правы. В той мере, в какой они при этом стремились выразить только то, что труд не в состоянии создать никакой новой физической субстанции, против подобного утверждения нечего возразить. Вопрос только в том, насколько оправданны подобные представления в области экономики, плодотворны они или нет. К примеру, совпадение точек зрения по данному вопросу отнюдь не мешает нам отказаться от одобрения последующих рассуждений физиократов. Адам Смит также утвердительно отвечал на указанный вопрос, правда, он высказывался в пользу труда. И это само по себе отнюдь не неправильно, и если бы мы приняли подобный взгляд за отправную точку, то были бы совершенно правы. В нем отражен тот факт, что использование услуг земли не требует от нас никаких таких жертв, на которые мы шли бы с большим нежеланием, и если бы в подобном случае можно было бы чего-либо добиться, то мы могли бы воспользоваться и таким представлением. Адам Смит, однако, при этом совершенно четко рассматривал природные производительные силы в качестве, так сказать, свободного блага, и тем обстоятельством, что в экономике они в действительности рассматриваются не как свободные блага, следует объяснять присвоение этих благ землевладельцами. Таким образом, он, по-видимому, полагал, что в народном хозяйстве, где не существует никакой земельной собственности, один лишь труд являлся бы фактором в расчетах хозяйственных субъектов. Последнее в корне неверно, хотя сама по себе посылка от этого еще не становится шаткой. Большинство классиков выдвигало момент труда на передний план, и в первую очередь Д. Рикардо. Классики могли поступать так потому, что своей теорией земельной ренты как бы исключали из анализа землю и образование ее сто-мости. Если бы эта теория земельной ренты была незыблема, то мы могли бы, разумеется, совершенно спокойно согласиться с этой точкой зрения. Даже такой независимый ум, как Рэ, довольствовался подобным объяснением, поскольку безоговорочно принял данную теорию земельной ренты. Наконец, третья группа авторов отвечает на наш вопрос отрицательно. К ней именно присоединимся и мы. Решающим для нас является то обстоятельство, что оба первичных фактора производства в равной мере не обходимы для производства, причем по одной и той же причине.