Теория экономического развития-стр.283

Итак, можно сказать, что в принципе высокий уровень процента есть признак экономического процветания; если не брать во внимание случаи примитивной экономики или экономики упадка, где на переднем плане находится потребительский кредит, то экономический подъем всегда сопровождается ростом процента. Этому не в состоянии помешать даже накопление имущества и соответственно увеличение предложения покупательной силы в период подобного подъема. Как мы уже отмечали, предложение покупательной силы растет медленно, во всяком случае, медленнее спроса и не может оказать влияния на ставку процента. То обстоятельство, что в более развитых странах процент обычно бывает гораздо ниже, чем в менее развитых, объясняется меньшим риском и более высоким уровнем развития техники. Если же для условий данной страны ставка процента находится на сравнительно низком уровне, то это, хотя и свидетельствует о богатстве страны, тем не менее является также симптомом если не застоя, то по крайней мере слабости процесса развития. Что касается высокой ставки процента, то она говорит об оживленном развитии. Но одновременно она и тормозит его. Как раз эта двойственность характера процента объясняет наличие самых различных оценок его как в повседневной жизни, так и в научных спорах.

Я считаю, что зтих кратких замечаний вполне достаточно, чтобы показать читателю, как глубоко позволяет наша теория проникнуть в механизм деловой жизни. Безусловно, наше изложение не претендует на полноту, возможно, оно нуждается в известных уточнениях и поправках. И все же, я думаю, читатель найдет в нем все элементы, необходимые для понимания той части экономических явлений, уяснение существа которых представляло до этого наибольшие трудности. Мне остается добавить совсем немного. Мое желание было объяснить явление процента, но я отнюдь не хотел оправдать существование дохода от процентов. Процент не является, подобно предпринимательской прибыли, самостоятельным продуктом развития, понимаемым как своего рода премия за определенные успехи, при том даже условии, что он проявляется в процессе развития. Он, скорее, тормоз — впрочем, в рыночном хозяйстве необходимый тормоз — развития, некая разновидность «налога на предпринимательскую прибыль». Конечно, этого еще недостаточно, чтобы осуждать его, недостаточно даже тогда, когда осуждение или одобрение является задачей нашей науки. Вынесению предосудительного вердикта можно было бы противопоставить ссылку на важность функции «зфоров народного хозяйства», а также наш вывод о том, что процент — абстрагируясь от случаев потребительского кредита и «потребительского кредита на производственные цели» — лишает только предпринимателей, а не других хозяйственных субъектов того, что в противном случае обязательно оказалось бы у них в руках. Но именно это, а также то обстоятельство, что явление процента свойственно не всем формам экономической жизни, дадут повод критику социальных отноше ний придираться к теории процента больше, чем к чему-нибудь другому. Прежде всего мне самому хотелось особо выделить данное обстоятельство. Ведь чем больше забочусь я о выявлении прежде всего научной истины, тем больше необходимо мне стремиться к тому, чтобы подтверждать это своими делами. Поэтому мне не остается ничего другого, как сказать, что процент является всего-навсего следствием применения особого метода осуществления новых комбинаций и что этот метод гораздо легче изменить, чем большинство других основополагающих институтов рыночной экономики.