Теория экономического развития-стр.221

Машина вовсе не создает стоимости, которую она присоединяет к продукту, как часто наивно полагали 6, а только переносит ее, о чем мы писали в предшествующей главе. Когда в кармане пиджака находится банкнот, пиджак имеет для его владельца большую стоимость, но отнюдь не благодаря каким-либо особым свойствам. Так и стоимость машины соответствует стоимости ее продукта. Но она переняла ее от тех услуг труда и земли, которые существовали еще до того, как была произведена данная машина7, и которым эта стоимость должна быть вменена целиком и полностью. Поток благ, несомненно, подходит к машине. Но он проходит сквозь нее, не задерживаясь и не образуя никакого фонда потребления. Ее владельцу, как правило, не достается ничего сверх того, что он должен передавать дальше, будь то в стоимостном или ценовом выражении. Машина — такой же продукт, как и все прочие, и ее стоимость, подобно стоимости предметов наслаждения, поступает в тот «фонд», из которого уже не может вытекать никакой процент.

Итак, исходя из результатов анализа, проведенного нами в первой и четвертой главах, а также выводов Бём-Баверка, мы можем констатировать, что здесь нет никакого выхода из дилеммы процента и что здесь не обнаруживается никакого стоимостного источника процента. Правда, известные трудности могут возникнуть при рассмотрении благ, которые умножаются как бы «сами собой»: разве семенное зерно и племенной скот не обеспечивают в будущем их владельцу больше зерна и скота и разве это возросшее количество зерна и скота не стоят больше, чем просто семенное зерно и племенной скот? Любой, кому приходилось сталкиваться с подобного рода рассуждениями, знает, что большинство людей упорно считают их доказательством самовозрастания стоимости (Wertgewinn). Но в действительности семенное зерно и племенные животные не умножаются «сами по себе». Из принесенных ими «доходов» необходимо вычесть определенные затраты. Но решающим является то, что и остающиеся после подобных вычетов суммы не представляют собой самовозрастания стоимости, поскольку урожай и общее стадо скота зависят от семенного фонда и племенных животных, и поэтому стоимость первых должна вменяться последним. Если бы продавались семенное зерно и племенные животные, то в их цене — при условии незаменимости — должна была бы полностью отразиться стоимость урожая и всего стада, за вычетом тех затрат, которые еще предстоит осуществить, и с поправкой на фактор риска. И это зерно и животные использовались бы для воспроизводства до тех пор, пока такое применение не перестало бы приносить прибыль, а их цена — покрывать издержки, связанные с заработной платой и земельной рентой. Следовательно, предельная полезность «их» продукта, т. е. вменяемой им части продукта, стремится к нулю.