Теория экономического развития-стр.192

Но теперь начинается второй акт драмы. Путь открыт, и, манимые прибылью, возникают все новые и новые предприятия, использующие механические ткацкие станки. Происходит полная реорганизация отрасли: увеличивается производство, развертывается конкурентная борьба, вытесняются устаревшие предприятия, возможно, увольняется часть рабочих и т. д. Ниже мы подробнее рассмотрим данный процесс. Сейчас же нас интересует только одно: конечным результатом здесь должно стать новое равновесие, при котором цены вновь сравняются с издержками, но уже на другом уровне. Цена продукта теперь будет равна заработной плате и ренте за те услуги труда и земли, которые заключены в ткацких станках, и за те, которые необходимо присоединить к станкам, чтобы произвести продукт. Лишь когда йаступйт такое равновесие, исчезнет стимул к расширению производства и прекратится снижение цен, вызываемое ростом предложения.

Следовательно, избыток над издержками, получаемый нашим хозяйственным субъектом и его первыми последователями, исчезает7. Происходит это, как правило, не сразу, а по прошествии более или менее продолжительного периода времепи, в течение которого этот излишек постепенно уменьшается8. Тем не менее этот избыток реализуется: в конкретных условиях он образует хотя и временный, но все же чистый доход. Кому же он достается? Очевидно, тем хозяйственным субъектам, которые ввели ткацкие станки в хозяйственный кругооборот, а не просто изобрели, создали или использовали их. Тот, кто изготовил станок на заказ, получит лишь возмещение своих издержек. Тот, кто просто его использовал, поначалу заплатит за станок столь высокую цену, что едва ли получит какую-либо прибыль. Прибыль же достанется тем хозяйственным субъектам, усилиями которых ткацкие станки были внедрены; при этом неважно, занимались ли они только их производством, или только эксплуатацией, или и тем и другим сразу. В нашем примере главную роль играет использование станков, но в общем это не существенно. Внедрение осуществляется посредством учреждения новых предприятий, а уж производится ли на этих предприятиях новый продукт, или потребляется, или и то и другое — это не столь существенно. Каков же вклад наших хозяйственных субъектов в процесс внедрения? Это их воля и деятельность: не конкретные блага, потому что они куплены — у других или у самих себя, — и не покупательная сила, затраченная на приобретение этих благ, потому что она взята в долг — у других или, если мы вдруг захотим учесть результаты прошлых периодов, опять же у самих себя. А что же сделали наши хозяйственные субъекты? Они не накопили никаких определенных благ, не создали никаких первичных средств производства, а только по-иному, более целесообразно и выгодно применили уже существующие. Они «осуществили новые комбинации». Они — предприниматели, и их прибыль, излишек над всеми обязательствами — это предпринимательская прибыль.