Психология предпринимательства-стр.156

В парадигме социального действия разных слоев российского общества также издавна совмещались две традиции: земская (она хоть и была угнетена, но никогда не умирала) и имперская. Последняя основывалась на господстве колоссального бюрократического аппарата, “естественной” роли насилия и детальнейшей канцелярской регламентации всей жизни. Веками все население - снизу доверху - ориентировалось в своем стремле нии к благосостоянию не на собственность, а на власть. Власть предоставляла в пользование и распоряжение собственность, допускала к “кормушке” и лишала ее. В Московии должности и места давались воеводам и чиновникам “на кормление”, земли -дворянам за службу. Не столь откровенно, но, по сути, подобным образом использовала государственную собственность и партноменклатура.

На любом историческом этапе бюрократия стремилась сохранить полученную в распоряжение собственность как свою, наследственную, присвоить ее. Так, манифест 1762 г. “О вольности дворянства” освободил его от обязательной государевой службы при сохранении его собственности, а, скажем, закон 1987 г. “О государственном предприятии” стал вместе с законами об ИТД, кооперации и аренде началом сперва малозаметного, но набиравшего ход процесса бюрократической приватизации госсобственности.

Бюрократия в разных обличиях, как в любой азиатской деспотии, осуществляла именем верховной власти (императора, царя, партии) управление страной. Отсюда ее вера в силу административного распоряжения, указа. Для масс тяготы жизни скрашивались величием империи. А самодержавные иллюзии (пресловутая народность как единение царя с народом) позволяли противопоставлять “доброго” царя, а потом генсека “злым” боярам или чиновникам и “врагам народа”.