Психология предпринимательства-стр.155

Характерно, что в России ценностная доминанта - упование на государство сочетается с отчуждением от него. Государство, власть - это всегда “они”, а не “мы” (как отечество, страна). Такая установка предполагает восприятие государства в качестве внешней силы, не зависящей от индивидуума, что естественно в условиях отсутствия демократической традиции.

Подобная двойственность отношения человека к господствующему над ним государству глубоко въелась в ядро российского самосознания. Как мы видели, она проявляется и в ценностных ориентациях, и в социально-психологических характеристиках, и в мотивационном комплексе.

Она же во многом определяет парадигму социального действия - следующий компонент СЭГ, который зафиксирован в концепциях и программах поведения людей. В России здесь издавна, еще со времен Московии господствовала “государ-ственническая” концепция централизованного, административно-бюрократического управления обществом авторитарного типа с идеологическим обоснованием, базирующимся на слепой вере. Ее лапидарно и выпукло выразил в начале XIX в. С. Уваров формулой: “Православие, самодержавие, народность”. Спустя полтораста лет по сути ту же формулу на большевистском языке высказал под овацию большинства на Первом съезде народных депутатов СССР в 1989 г. “афганец” С. Червонопиский: “Держава, Родина, коммунизм”7.

Другой полюс русской духовности породил и главных теоретиков анархизма в лице М. Бакунина и П. Кропоткина, и бунтарство казачье-крестьянских восстаний, и движение В. Махно и многих других так называемых “белоказацких банд” в гражданской войне 1917-1920 гг. В России, как правило, побеждали крайние концепции авторитарного типа, в которых имелся и изрядный разрушительный заряд - от петровских до большевистских реформ. Очень редко и до сих пор ненадолго воплощались в жизнь центристские программы преимущественно либерального характера. Лишь на сравнительно короткий исторический период и тоже “сверху” внедрялись ориентированные на личность реформы Александра II и П. Столыпина (причем в первом случае все же сохранялась ограничивающая возможности крестьянина община, против которой действовала столыпинская реформа. Ленинский (эсеровский) “Декрет о земле” 1917 г., но сути, восстанавливал общину и уравнительные переделы земли).