Психология предпринимательства-стр.104

Экономисты еще только формировавшейся германской нации, конечно же, не могли принять краеугольного постулата смити-анского мышления - о благотворности полной индивидуальной экономической свободы на национальном и мировом рынке. Они с полным основанием полагали, что данный постулат - вовсе не вывод из объективного анализа, а напротив, его молчаливо принятый исходный пункт, продиктованный логикой национальных интересов: сам же анализ, чтобы соответствовать этому исходному пункту, старательно обходит кардинальные различия в условиях хозяйствования конкретных наций и существование разнородных экономических укладов. В свои теории германские экономисты закладывали - иногда явно, иногда скрыто -противоположную исходную идею: о приоритете интересов государства и нации в целом. При этом они изначально оказывались в невыгодном положении, выступая с национальных позиций, тогда как смитианство внешне выглядело как “дитя общечеловеческое”.

Марксизм противопоставил национальному мышлению классовое исходя из посылки, что не нации, а классы - определяющие субъекты мирового хозяйства, и утверждая приоритет классовых интересов над национальными. "Исходная клеточка” -товар, а затем и теория прибавочной стоимости были представлены после того, как было готово в общем виде учение о классах, о крушении капитализма и интернациональной диктатуре пролетариата. И здесь также выводы теории были в действительности ее посылками. Но в дальнейшем история, которая все в конечном счете переделывает по-своему, сыграла с марксистской теорией злую шутку. Марксизм был приспособлен теоретиками всевозможного национал-коммунизма (а другого у власти никогда не было, если не говорить о партиях-сателлитах) для обоснования соответствующих национальных интересов, но в трансформированном виде, в понимании той или иной правящей партгосбюрократии. Тем самым он был превращен в бюрократическую разновидность национального (“буржуазного”) и национал-имперского мышления.