Национальная система политической экономии-стр.392

Однако прежде чем говорить об этом, полезно ответить на вопрос: почему же учение о свободной торговле уловило, поглотило умы столь многих людей не в одной Англии или Франции, имеющих развитую промышленность, а даже в России и тому подобных странах, очевидно долженствующих страдать от применения начал фритредерства? Ни своекорыстием, ни отсутствием любви к отечеству или ближним, ни идолопоклонством гению Англии, ни узкой односторонней подражательностью, ни увлечением политико-экономическими идеями, как у Бастиа, ничем этим, хотя и пробовали, не объясняется упомянутое явление. Причина, с одной стороны, глубже, а с другой, мельче и доступнее. Причина та, что с протекционизмом жить дороже, платить приходится за чужеземные товары больше. При протекционизме зарабатывать деньги легче и трудом, и капиталом, особенно их совокупностью, но говорят противу протекционизма не те, которые ищут работы, и даже не те, которые имеют капиталы или хотят их приложить к делам, говорят, и говорят громко, противу протекционизма люди, живущие на определенные средства и не желающие участвовать в промышленности. У них доходов не прибудет от роста промышленности, а от протекционизма им страшно понести лишние расходы, особенно если все их вкусы и аппетиты направлены к чужеземному. Помилуйте, говорят они, вы налагаете пошлины на шляпки и зеркала, а они мне надобны, и я не вижу никакого резона в ваших протекционных началах; для меня протекционизм тождествен с воровством, и это доказывают при помощи А, В и С. Не в одних темных углах гостиных толкуют так. Литературы полны такою недодумкою.

Возьмите, например, очень занятную книжку Я. А. Новикова «Протекционизм» (1890); она так и начинается с доказательства того, что пошлина на зеркала в России есть «смягченная форма рабства», наносящая «покупателю ущерб, тождественный с воровством» (стр. 2). Это доказывается следующим способом. В России три зеркальных фабрики: А, В и С. «Все эти господа производят на 500 тыс. руб. зеркальных стекол в год. Они не могут удовлетворить потребности края, и каждый год Россия выписывает из-за границы на 1046 тыс. руб. зеркал. Предположим, что эти фабриканты зарабатывают 30% с продажной цены своих продуктов, они, следовательно, получают ежегодно 166 тыс. руб. чистого барыша. Для того чтобы предоставить этот заработок трем лицам, нас заставляют платить ежегодно 170 тыс. [руб.] пошлин на иностранные зеркальные стекла. Не равносильно ли это дани в пользу гг. А, В, С? Скажут, что эти господа не присваивают себе тех 170 тысяч, которые заплачены казне в виде пошлины. Совершенно верно. Но для покупателя это безразлично: он все-таки, благодаря только существованию производств гг. А, В, С, платит за зеркальное стекло втрое дороже француза и англичанина. Деньги, уплаченные таможне, не попадают в карманы наших трех фабрикантов, но, увы, они выходят из кармана потребителя, для которого одного это последнее обстоятельство чувствительно, и потому он, естественно, может упрекнуть гг. А, В, С в том, что они его обирают самым несправедливым образом... Нельзя также утверждать, что эта высокая пошлина нужна для государства, ибо если бы пошлина была не так значительна, казна получила бы больше дохода» (стр. 3 и 4).